Совсем недавно прогремело очень яркое событие в городе Нерюнгри. Рок-группы выступили в парке им. Чиряева. У сцены происходили бои богатырей. На мечах, с щитами и полной экипировкой из кольчуги и металла, молодые люди устроили показательное сражение. А ближе к вечеру, нерюнгринцы во всю наслаждались фаершоу, которое исполняли молодые девушки. Разного вида трюки с огненным знаменем в руках, яркие искры на фоне разноцветных прожекторов сцены — все это вызвало уйму эмоций. Свой первый значимый юбилей — пятилетие — фестиваль Summer Neru Fest встретил на главной открытой площадке города, сцене в парке имени Чиряева. В этот день суровая промышленная эстетика Нерюнгри уступила место ревущему торжеству тяжелой музыки и свободы. На яркое событие съехались не только местные рок-коллективы, но и приглашенные гости из соседних регионов, которые до самого вечера щедро одаривали жителей и гостей города своими оглушительными выступлениями.
Техническое оснащение площадки с первых минут задавало тон всему мероприятию. Сцена превратилась в монолитную конструкцию, ощетинившуюся сотнями диодных пикселей и тяжелых ферменных балок. Плотные потоки света от мощных прожекторов и узконаправленных софитов прошивали сгущающиеся сумерки, выхватывая из полумрака то искаженные экстазом лица музыкантов, то взметнувшиеся в едином порыве руки публики. Дым-машины работали без устали: плотный, белесый туман стелился по асфальту у подножия сцены, смешиваясь с выхлопами байков и подсвечиваясь стробоскопами. В самые эмоциональные моменты песен — во время тягучих гитарных соло или оглушительных брейкдаунов — в дело вступали спаркуляры. Тысячи раскаленных искр с сухим треском пронзали воздух, осыпаясь золотистым дождем на головы стоящих в первом ряду зрителей и придавая каждому аккорду почти ритуальный, первобытный масштаб.
Особую, брутальную ноту в визуальный ряд внесли нерюнгринские байкеры из клуба «Северный легион». Суровые мужчины в кожаных жилетах с клубными цветами взяли на себя оформление периметра вокруг зрительской зоны. Они возвели ограждение из хромированных отбойников, создав четкую границу между сценическим хаосом и порядком аллей. По обе стороны от центрального входа были выставлены их главные сокровища — блестящие, раритетные мотоциклы. Вылизанный до зеркального блеска хром бензобаков, толстая кожа сидений и причудливые линии кастомной рамы притягивали взгляды. В отполированном металле топливных баков каждый желающий мог увидеть свое отражение, словно заглядывая в темное, хищное око стальной машины, дышащей запахом бензина и жженой резины. Помимо боевых коней клуба, внимание публики приковывали два спортивных мотоцикла, установленные в отдельной палатке неподалеку от знаменитой городской «Стеллы». Их агрессивные, рубленые аэродинамические обвесы и вынесенный вперед пластик контрастировали с классическими чопперами «Северного легиона», демонстрируя две разные грани мотокультуры.
У основания «Стеллы» развернулась интерактивная зона от магазина «Свадебный переполох». Фотозона была стилизована под яркую вспышку огня, узоров, инициалов праздника и самого магазина. Гости фестиваля охотно позировали там, соревнуясь в креативности кадров. Организаторы пообещали ценный приз автору самой интересной фотографии, что спровоцировало настоящую охоту за удачными ракурсами среди молодежи. Но по другую сторону от всей шумихи обустроились палатки с ценным мерч-продуктом каждой из рок-групп. И звездным товаром на этом концерте стали футболки с узнаваемым принтом своей любимой рок-группы.
На сцене в этот день выступили: Funky Monkey, Fat Cat, The Heart of Ocean, 7/11, Markin, Нет пути Назад, RockFour. Также на нашей сцене побывали и специальные гости пятилетки: «КРАХЪ» — Благовещенск, «SYYS YS» — Якутск, «KULAK» — Тында, «Гараж Гайс» — Алдан.
Событие, изначально задуманное как акт саботажа праздных эмоций и суровый вызов обыденности, обернулось триумфом первобытной радости. Главным доказательством того, что этот культурный эксперимент удался, стал состав аудитории: к сцене стянулись не только местные земляки, но и гости с Дальнего Востока, проделавшие путь в тысячи верст ради нескольких часов оглушительной музыки.
На сцену поднялась группа «КРАХЪ». Их выступление лишено сценического позерства — это тяжелая, монолитная работа со звуком. Репертуар коллектива пронизан фольклорным смыслом, где древние архетипы пропущены через безжалостную призму тяжелого рока. Кульминацией сета стала композиция «Вий» — мрачная баллада, повествующая о пробуждении потусторонней хтони, чье веко скрывает зловещий взор, способный испепелить саму душу. Голос вокалиста идеально транслировал инфернальную атмосферу произведения. Это был низкий, утробный рев, сорванный до предсмертной хрипоты, от которого вибрировал сам воздух над площадью. В нем не было места фальшивой браваде — лишь глухая, первобытная угроза, заложенная в самом тексте гоголевской повести. Музыкальная структура трека опиралась на вязкий, тягучий рифф, напоминающий мерные удары гигантского молота по наковальне.
И под эти звуки у подножия сцены развернулась настоящая сеча. Четверо молодых людей, облаченных в исторически достоверную кольчужную броню и зерцала, сошлись в беспощадном бою. Тяжелые деревянные щиты, обитые крашеной кожей, с лязгом принимали на себя рубящие удары тренировочного оружия. Сталь скрежетала о сталь, высекая холодные искры, а гулкие удары клинков о шлемы разносились далеко за пределы зрительских рядов. Бойцы двигались тяжело, экономя дыхание, их схватка была лишена театрального изящества — это была плотная, жестокая борьба за выживание на ограниченном пятачке пространства. Возгласы толпы, слившиеся в единый одобрительный гул, подбадривания товарищей и раскатистый смех зрителей стали той самой пищей для адреналина, которая питала бойцов. Дыхание четверки давно сбилось, по лицам, скрытым бармицами, градом катился пот, но они продолжали методично осыпать друг друга ударами, ведомые тяжелым ритмом бас-гитары. Так песня «Вий» вышла за рамки музыкального номера. Для сотен собравшихся она перестала быть просто знаком фольклора. На несколько минут концертная площадка превратилась в арену, а сцена озарилась багровым светом, имитирующим отблески адского пламени. Композиция вызвала мощную, почти инстинктивную ассоциацию с былинными богатырями, вставшими насмерть против навьей силы, и чем-то давно забытым, седым и древним. Суровая эстетика металла парадоксальным образом обнажила скрытую эпическую суть народной сказки, доказав, что истинная архаика обретает свой самый громкий голос именно в жестких гитарных перегрузках.
С заходом солнца, когда тяжелый басовый гул окончательно растворился в прохладном вечернем воздухе парка, а последние отзвуки гитарных риффов затихли над кронами деревьев, атмосфера фестиваля претерпела резкую трансформацию. Ближе к вечеру у сцены развернулось огненное представление. Тяжелые раритетные мотоциклы «Северного легиона», весь день бликовавшие хромом на солнце, были с почтительным рокотом заведены и откатаны за пределы зрительской зоны. С первыми тактами тягучей, мистической мелодии из-за кулис вышли три девушки. Их появление было лишено суеты: они двигались плавно и грациозно, словно сами языки огня. Трое красавиц синхронно взмахнули руками, и воздух прорезали горящие стаффы — увесистые металлические палки, окутанные ревущим пламенем.
Это было завораживающее зрелище на стыке высокого риска и безупречной хореографии. Девушки жонглировали огнем с пугающей легкостью, словно это были невесомые деревянные булавы. Раскаленный металл рассекал темноту, оставляя в густом воздухе медленно тающие инверсионные следы — яркие оранжевые параболы, переплетающиеся друг с другом в опасной близости от бледных лиц артисток. Публика замерла, подавшись вперед и прижавшись к холодным прутьям металлического ограждения. Пламя ощутимо припекало лица зрителям первого ряда, заставляя их инстинктивно щуриться. Каждый выброс горючего масла создавал короткий, обжигающий жаркий шквал, доносящий до ноздрей едкий запах солярки и раскаленной стали. Зрительская масса дышала единым организмом: толпа то испуганно ахала, когда горящий шест пролетал в сантиметре от распущенных волос одной из танцовщиц,то взрывалась восторженным гулом при особо сложном элементе. Девушки шокировали и радовали взгляд именно этим невероятным контрастом. В их облике не было ничего от площадной эксцентрики бродячих циркачей — лишь ледяное спокойствие античных фурий, повелевающих разрушительной силой. Идеальная осанка, абсолютно невозмутимые лица, на которых пляшущие отблески пламени высвечивали высокие скулы, и плавная, кошачья грация вступали в жестокий диссонанс с грубой, неконтролируемой яростью открытого огня. Казалось, что не они подчиняются законам физики, бросая вызов гравитации и ожогам, а сама тьма парка им. Чиряева покорно расступается перед ними, принимая заданный ритм.
Тот перформанс стал идеальным визуальным кодом для Summer Neru Fest — диким, первобытным и прекрасным финальным аккордом пятилетнего юбилея. После него зрители ещё долго стояли в тишине, пытаясь проморгаться и стереть с ресниц навязчивый отпечаток танцующего пламени.
***
Андрей Никулин — организатор рок-концерта и вокалист группы «FATCAT» — в этом году устроил поистине яркое событие. И, к счастью журналистов, такой талантливый человек, ставший «звуком музыки» для Нерюнгри, ответил на несколько вопросов в интервью «Индустрии Севера» уже после завершения фестиваля.
— Андрей, «Summer Neru Fest» в этом году отпраздновал пятилетие. В шоу-бизнесе говорят: если проект живёт пять лет — это уже не случайность, а система. Согласились ли вы с этим или до сих пор ощущали себя «авантюристом», который просто организовал что-то необычное в нашем городе?
— Да, «Summer Neru Fest» у нас прошёл уже пятый, юбилейный. Было очень волнительно, мы этому радовались. Можно сказать, это уже сложившаяся система. Но без авантюры никуда — были вещи, которые мы придумывали и реализовывали с ходу. Не все шли навстречу, но это скорее исключение. В основном люди старались помочь, поддержать.
— Что интересного и необычного ждало нас в этом году на фестивале? Кто приехал?
— В этом году к нам впервые приехал коллектив из Якутска — группа «SYYS YS» (в переводе — 103). Это довольно известная в республике команда. Остальные участники уже были знакомы нашей публике: из Тынды — «KULAK», из Благовещенска — «КРАХЪ», из Алдана — «Гараж Гайс». Они уже выступали у нас раньше, и слушателям они очень понравились.
— Вспомните самый первый фестиваль в 2022 году. Что тогда пошло не так (без этого никуда) и какой момент заставил вас понять: «Я буду делать это снова»?
— Первый фестиваль, честно говоря, уже подзабылся. Но помнится, что почти всё пошло не по плану. Тем не менее драйв и дух фестиваля родились сразу. Было круто, и благодаря тому опыту мы выстроили дальнейшую стратегию. Мы росли постепенно. В прошлом году доросли до хедлайнера российского масштаба — Артура Беркута. Нашей группе посчастливилось выступать с ним в качестве аккомпанемента. А насчёт «буду ли я делать это снова?» — конечно, буду, такого вопроса даже не стояло. Ещё в 2018 году мне довелось участвовать в рок-фестивале «Wacken» в Германии — это крупнейший в мире фестиваль рок-музыки. Я был там звукорежиссёром: нужен был русскоязычный специалист. Я посмотрел, как всё устроено изнутри, и подумал: деревня Вакен известна на весь мир благодаря фестивалю. И у меня появилась мечта — чтобы нечто подобное возникло и на моей родине. Понимал, что не сразу, но постепенно. Хотелось, чтобы это был целый город-фестиваль, с палаточным городком — мощный толчок для туризма. Делать вещи такого масштаба — очень круто. Думал, у нас для этого всё есть. И мы это сможем организовать в будущем.
— Почему местом для фестиваля был выбран именно парк Чиряева? Что для вас лично значила эта локация?
— Парк Чиряева выбрали не случайно. Мы давно хотели выбраться в город, потому что не все могут выехать на «Взлётку» за город, где проходил фестиваль до этого. Обратились к главе города Илье Гудошнику. Огромное ему спасибо, что пошёл навстречу и выделил площадку перед ДК Пушкина. Но так как там шёл ремонт, мы оперативно переместились в парк Чиряева. Мы нисколько не огорчились, даже остались довольны, что так сложилось. Прекрасная площадка, прекрасное руководство парка — спасибо, всегда шли навстречу.
— Вы выступили на фестивале как лидер Fat Cat. Как вам удавалось переключать тумблеры в голове: утром вы были строгим продюсером, решавшим логистику, днём — въедливым звукорежиссёром, слушавшим каждый герц, а вечером — драйвовым рокером на сцене? Какая из этих ипостасей оказалась самой сложной?
— Честно говоря, я даже не думал об этих «ипостасях». Всё это держалось в голове одновременно, хоть и были свои нюансы. Когда я выступал, всё равно думал о том, как это звучит — у этого есть и плюсы, и минусы, я уже привык. Сложнее всего оказалась организаторская работа. Звукорежиссуре я учился, музыкантом тоже, а организаторским способностям не научишь — их нужно «вывозить» только на опыте. И всё же было ощущение, что где-то не дорабатывал.
— Вы известны в городе как главный «слух» Нерюнгри. Скажите честно: сложно ли было доверить звук на своём же юбилейном фестивале другому человеку или вы всё равно не удержались и побежали крутить ручки на пульте?
— Нет, совершенно не сложно. Всегда, когда была возможность, доверял. К сожалению, не всегда ребята могли взяться. У нас есть замечательные специалисты, с которыми я сам работал, некоторых даже обучал.
— Лето в Нерюнгри — это не Сочи. Организовать open-air в наших широтах — вызов. Что для вас было страшнее: внезапный ливень, который намочил аппаратуру, или отсутствие зрителей?
— В последние годы мы всё чаще сталкивались с дождём — это странно. В прошлом году на выступлении Артура Беркута был сумасшедший ливень, холодно, но людей всё равно было много: все стояли под зонтиками и слушали музыку — это было потрясающе. Так что страшнее всего — пустые трибуны. Аппаратуру намочило, мы разорились на ремонте, но это нормально, стихия — мы от неё не застрахованы.
— Многие думают, что фестиваль живёт на бюджеты. Откуда брались деньги на «Summer Neru»? Партнёры, спонсоры или энтузиазм и личные средства музыкантов?
— По бюджету всё просто. Мы вкладывались сами: в течение года проводили концерты в баре «Time Out» — почти каждый месяц с местными группами и не только. Делали и «Winter Fest». Отдельное спасибо бару «Time Out» за то, что открывали двери для таких мероприятий. С каждого концерта по копеечке откладывали, и все вырученные средства тратили на летний фестиваль. Часто организаторы докладывали свои. Спонсоры были, они помогали, за что им огромное спасибо, но основная часть — это наши заработанные деньги.
И самое главное, забыл сказать: спасибо моей команде Neru Fest — Антону Пинчуку, Евгению Дорошенко, Марине Вроне, Павлу Федоровскому, Алексею Филимонову. Без такой слаженной и стабильной команды ничего бы не вышло. Добавлю, что в этом году фестиваль помимо развлекательной функции приобрёл и общественную пользу. Мы провели сбор в помощь ребятам на СВО благодаря волонтёрской группе «От сердца к сердцу» Южно-Якутского технологического колледжа. Они привлекли ребят из детского дома «Вектор». Вместе плели сети, готовили сухие обеды — вклад колоссальный.
А через пять лет хочется, чтобы фестиваль стал точкой притяжения уже российского масштаба. Идеи есть, надеюсь, сил тоже хватит! Ждём ещё таких же ярких концертов в будущем.
Екатерина Коробейникова,
фото автора и Владимира Базылева